Речь при дворе Редании

Геральта пригласили на совет к королю Редании. Вместо него говорить должен был королевский магистр Артуаль – он считал, что ведьмак «слишком прямолинейный для дворцовых дел».

В тронном зале, перед лордами и придворными, Артуаль начал:

– Ваше Величество, к нам опять пришёл этот ведьмак. Он, как всегда, мрачен и склонен всё преувеличивать, но утверждает, что в окрестностях завёлся не то альп, не то иная мелкая мерзость. Он, разумеется, хочет денег и людей… Впрочем, вы и так знаете, как они любят драму.

Он говорил усталым, снисходительным тоном, будто оправдывался за само существование ведьмаков.
Не пытался заинтересовать короля, не пытался связать угрозу с рисками для короны.
В зале слышались смешки, кто-то ехидно заметил:
– Опять ведьмак пугает, чтобы взять своё серебро.

Король отмахнулся:

– Если это «мелкая мерзость», как вы сказали, – пусть жители сами разбираются. У нас есть дела поважнее.

Геральта даже не позвали внутрь объяснить ситуацию.
Королевское решение было принято на основе того, как магистр подал тему, а не на основе самой угрозы.

Записка из Вечерней Рощи

Ведьмак получает от друида из Брокилона магическую записку, которая вспыхивает прямо в костре:

«Лес в смятении. Деревья шепчут о крови к югу, где когда-то был старый круг камней, но теперь по ночам там слышен плач и смех. Тени не те, что раньше, и дорога стала короче для тех, кому нельзя проходить.
Всё связано с тем, кто пришёл раньше, чем его заметили.
Если вмешаться – возможно, что-то изменится. Если нет – многие поймут слишком поздно.»

Ни кто враг, ни где конкретно, ни что требуется от ведьмака – договориться? изгнать? предупредить людей?
Каждый прочитавший записку трактует её по-своему: кто-то видит в этом предвестие призрака, кто-то – нашествие чудищ, кто-то решает, что это просто друидская метафора о вырубке леса.

В итоге ведьмак тратит три дня, чтобы вообще понять, о чём его просили. И теряет время, когда нужна была конкретика.

Песня, которую не услышали

В Новиграде бард по имени Лютик должен был донести до городской стражи важное предупреждение:
на реке, у старых доков, ночью всплывают утопцы, и ближайший караван с зерном рискует не добраться до города.

Однако Лютик решил, что заодно отыграет новый балладный сет в шумной таверне. Между шутками, кубками эля и громким смехом он вставил в песню строки:

– «…а на реке в ночи, где зерно везут купцы,
под водою злые губы ждут гостей своих…»

Посетители подпевали, стражники хлопали по столам.
Никто не воспринял слова как сообщение об опасности – для всех это была просто часть песни.

Наутро караван вышел как обычно.
Трое стражников удивились, когда услышали: «Но ведь вчера об этом пели!»

Стена недоверия

Ведьмак приходит к старосте деревни и говорит:

– На тракте у вашей рощи расплодились накеры. Если не перекрыть обходную тропу и не предупредить путников, через неделю у вас будет больше похорон, чем свадеб.

Староста слушает, но глазами уже видит прошлое: в прошлый раз странник обещал решить проблему волков и сбежал с задатком.
Ему слышится не предупреждение, а очередная попытка «выудить деньги».

Он отвечает:

– Мы своих дорог не перекрываем и своих людей не пугали, пока ведьмаки не пришли. Раз пришёл – решай, но кошель открывать мы не будем.

Он даже не спрашивает подробностей, не уточняет, не проявляет интереса.
Внутреннее недоверие и усталость от мошенников полностью искажают смысл сказанного.
Ведьмак уходит, а через несколько дней в деревню начинают стаскивать тела с тракта.

Совет на фоне шторма

В крепости у моря созывают срочный военный совет: ведьмак, командир гарнизона и королевский советник.

Снаружи бушует шторм.
Гремят волны, хлопают ставни, во дворе орут солдаты, стаскивая бочки, потому что прорвало крышу склада.

Ведьмак говорит:

– Если отправите отряд по береговой тропе, их накроет лавиной. Там уже слышится гул – склон сыпется. Вам нужно выбрать путь через лес, иначе люди не вернутся.

Командир, перекрикивая ветер, грубо отвечает:

– Лес – медленно! Нам нужно к рассвету занять мыс, иначе флот не встанет в бухту!

Советник записывает обрывки фраз, почти ничего не слыша.
Все торопятся, на всех давит время, вокруг постоянный шум, крики, стук.

В итоге командир уводит отряд по береговой тропе, потому что:

«Ведьмак что-то там говорил про склон, но, кажется, это было “может быть”».

Слова растворились в общем эмоциональном волнении.

Кивок короля

После долгого рассказа о том, как именно стоит подготовиться к охоте на редкую тварь, ведьмак перечисляет:

– нужно укрепить старый мост;
– убрать пастухов с дальних лугов на два дня;
– запретить ночные выходы за городские стены;
– отправить гонца предупредить соседнюю деревню.

Король слушает, затем встаёт и говорит:

– Да, да, ведьмак. Сделаем, как ты говоришь. Ты только поймай её поскорее.

Он кивает, берёт кубок и уходит к гостям.
Ни одному слуге, ни одному офицеру он так и не даёт прямого распоряжения.
Те, кто стоял рядом, решили, что «если король просто кивнул и ушёл – значит, это не срочно».

Через день часть людей погибает именно там, о чём говорил ведьмак.
Всем казалось, что «ведьмак всё объяснил, король согласился» – но конкретных действий не последовало.